Tiwy.com
Tiwy
Новости
Русская тема
По странам континента
Латинская Америка Аргентина Белиз Боливия Венесуэла Гватемала Гондурас Доминиканская Республика Колумбия Коста-Рика Куба Панама Парагвай Перу Мексика Сальвадор Уругвай Чили Эквадор
Другие страны:
Китай Россия
Человек и Экономика
Кухня
НЛО
Форум
Адресная книжка
Адресная книжка
Подписка
на рассылку
новостей:


Реклама
По странам > Мексика > Субкоманданте Маркос: Революция в Революции

СУБКОМАНДАНТЕ МАРКОС: РЕВОЛЮЦИЯ В РЕВОЛЮЦИИ

Олег Ясинский

«Всем добрый вечер. Мы немного опоздали и просим прощения, дело в том, что по дороге нам встретились транснациональные великаны, которые попытались не пропустить нас. Майор Мойсес говорит, что это ветряные мельницы. Команданте Тачо утверждает, что это вертолеты. А я говорю вам - не верьте, это были великаны». (Субкоманданте Маркос, Интергалактическая хроника. Первая межконтинентальная встреча за Человечество и против неолиберализма. Чьяпас, Мексика, 1996 г.)

Путешественник, впервые попадающий в уютный колониальный городок Сан-Кристобаль-де-лас-Касас - сердце мексиканского штата Чьяпас, обычно ищет и не находит признаков войны, о которой столько говорилось в Мексике и в мире. Прошло всего чуть больше восьми лет с того 1 января, когда возникшая из ночи и тумана индейская армия заняла Сан-Кристобаль и другие города, объявила войну мексиканскому правительству и после двенадцати дней неравных боев отступила в сельву. О недавнем восстании напоминают лишь многочисленные футболки с изображением субкоманданте Маркоса и Че Гевары на еще более многочисленных туристах и тысячи сапатистов в масках в виде тряпичных кукол, фигурок и брелков на рынке и площадях города.

От неожиданного разочарования в увиденном, немедленно приходит крамольная, но справедливая мысль-подозрение о том, что все сапатистское восстание - не более чем, гениальный рекламный трюк Национального института по туризму для привлечения туристов в эти забытые богом и правительством места...

И лишь побывав в окрестностях и ближайших индейских общинах, начинаешь понимать, что по отношению к реальности Чьяпас неприменимы наши привычные понятия и представления. Лучший и даже единственно возможный выход - это забыть на время о стрелках на циферблате, оставить в покое измученный поисками экзотики и революции фотоаппарат, перестать искать в зеркале событий нечто похожее на отражение мечты или известных с детства пейзажей. Лучше на несколько секунд забыть обо всем прочитанном и ожидаемом, наверняка зная, что, во-первых, попав однажды в Чьяпас, вернуться оттуда уже невозможно, а во-вторых, что если бы реальность могла быть вместима в убогие рамки нашего воображения, все путешествия были бы совершенно бессмысленны. После этого может наступить прозрение. Для меня оно заключилось приблизительно в следующем:

Сапатистская революция не видна, не понятна и кажется достаточно бессмысленной, если подходить к ней с традиционным марксистско-ленинским аршином и искать в ней количественных или вообще каких-либо материальных доказательств ее целесообразности. Она направлена не в сегодняшний и даже не в завтрашний день, а в абстракцию куда более далекого, но от этого не менее необходимого будущего. Ее главная движущая сила - не какая-то очередная идеологическая или религиозная интерпретация реальности, а продолжающееся в Америке вот уже более 500 лет столкновение между двумя цивилизациями, помноженное на этику, куда более родственную идеям Ганди, чем Че. Эта война - не за власть, а против забвения.


Считать сапатистское восстание просто еще одной разновидностью левой латиноамериканской революции нельзя по той же причине, по которой было бы несправедливо назвать космический корабль еще одной разновидностью телеги. (Вне зависимости от высокой вероятности его крушения в первые минуты после старта).

Для того, чтобы попробовать оценить реальные горизонты сапатизма, как исторического явления, и роль в нем субкоманданте Маркоса, как коммуникатора, связующего звена между миром индейцев майя и западной цивилизацией, необходимо учесть следующие незаметные издалека местные реалии:

В отличие от распространенного вне Мексики стереотипа, сапатизм не является ни основной, ни даже одной из главных политических сил в Чьяпас. По приблизительным оценкам журналистов и людей, связанных с движением, сапатисты пользуются поддержкой от 10 до 20 % от общего числа индейских общин штата. Причем, нет ни одной общины полностью сапатистской; «сапатистскими» считаются те, где симпатизирующие сапатистстам являются большинством и избираемые общиной представители в органы местного самоуправления являются сапатистами. В отличие от другого предположения (вполне логичного по аналогии с остальными партизанскими движениями в Латинской Америке), в штате нет территорий, находящихся полностью под контролем Сапатистской Армии Национального Освобождения (САНО). По традиционно «сапатистским» селениям и муниципалитетам время от времени проходят части мексиканской армии, не встречая на своем пути вооруженного сопротивления. Сапатистских застав в населенных пунктах Чьяпас, как это было в первые годы конфликта, на сегодняшний день тоже практически не осталось. Всю военную мощь Сапатистской Армии Национального Освобождения составляют, по разным источникам, от 300 до 500 хорошо обученных и вооруженных бойцов и командиров и несколько тысяч симпатизирующих - гражданских, вооруженных чем попало - от старых охотничьих ружей до мачете, - готовых быть мобилизованными в случае атаки со стороны противника - т.е. силы достаточные для обеспечения безопасности военного и гражданского руководства, но совершенно несопоставимые в военном отношении с регулярными вооруженными силами Мексики.

Скорее всего, людей, симпатизирующих сапатистам, намного больше за границей, чем в самой Мексике, и внутри Мексики их больше за пределами штата Чьяпас, чем внутри него. Кроме того, ходят слухи, что у Народной Революционной Армии - другой, куда более ортодоксальной и менее склонной к рефлексии партизанской группы Мексики - куда больше оружия и людей, чем у сапатистов.

Поэтому, когда субкоманданте Маркос, говорит, что главное оружие сапатистов - слово, это вовсе не метафора. Благодаря совершенному им владению сапатисты, не контролируя в традиционном смысле ни пяди мексиканской земли, владеют умами и сердцами миллионов людей на всех континентах. Одновременно со вступлением в несколько провинциальных городов 1 января 1994 года, САНО вошла и в Интернет. Так началась главная война сапатистов - война символов и информации. Главным стратегом, командиром и солдатом этой войны с первых часов восстания стал субкоманданте Маркос - единственный метис в руководстве движения. И в этой войне САНО не знает поражений, ибо любое даже кратковременное информационное поражение неизбежно привело бы к ее физическому уничтожению.


После исчезновения Союза, падения Берлинской стены и фактической капитуляции всех знаменитых и обладавших десятилетиями опыта войны партизанских движений Центральной Америки, первые сообщения о сапатистском восстании на юге Мексики, кроме недоумения, вызвали почти единодушное несогласие и осуждение в самых разных кругах. Казалось, руки для военного решения у правительства и армии были развязаны (и вспомним при этом, что сапатисты ни 1 января 1994 года, ни сегодня не являлись реальной вооруженной силой, способной всерьез противостоять регулярным войскам). Тем не менее, прошло всего несколько дней, и слово Маркоса, разорвав пелену официального молчания и лжи послушных властям СМИ, добралось, наконец, до глаз и ушей мексиканцев. И произошло немыслимое: сотни тысяч политически пассивных до сих пор людей вышли на улицы крупнейших городов страны и вынудили правительство заявить о прекращении наступления и сесть с сапатистами за стол переговоров.


«Мы пришли сюда, чтобы спросить у родины, нашей родины, почему она оставила нас одних, стольких и на столько лет? Почему она оставила нас наедине со столькими смертями? И хотим еще раз, через вас, спросить ее, почему необходимо убивать и умирать для того, чтобы вы, и через вас весь мир, услышал Рамону, которая здесь и говорит такие ужасные вещи, как то, что индейские женщины хотят жить, хотят учиться, хотят больниц, хотят лекарств, хотят школ, хотят пищи, хотят уважения, хотят достоинства?» (Субкоманданте Маркос)


Одной из важнейших характеристик сапатизма явилось именно это - возвращение слову его изначального смысла; его освобождение из пошлых и заезженных «революционных» фраз и заклинаний «просветленных» деятелей всяческих «исторических авангардов» с одной стороны и с другой - создание нового языка, не имеющего ничего общего с языком традиционных политиков. С первых дней восстания в Интернете появляются коммюнике, сводки, письма, декларации и литературные эссе, цель которых - донести до остальной части Мексики и мира смысл и цели этого странного, непохожего на другие движения. Сквозной линией в большинстве этих материалов проходят такие понятия как равенство, смерть, время - общедоступные концепции, служащие для установления эмоциональных мостов между двумя мирами - индейским и западным.

Субкоманданте Маркос часто и легко смешивает жанры (поэзию, прозу, фольклорные напевы, детские считалки, киносценарии, ремарки, постскриптумы, эпиграфы) и совершенно естественным образом чередует индейские мифы, легенды и притчи Старика Антонио с сонетами Шекспира, фрагментами из Дон Кихота и поэзией и прозой Пабло Неруды, Гарсии Лорки, Хулио Кортасара, Хорхе Луиса Борхеса, Битлз, Льюиса Кэрролла, Шарля Бодлера, Поля Элюара и многих других. В этих текстах участниками дискуссии о сапатизме, истории, глобализации, человеке и жизни становятся десятки реальных и литературных персонажей разных эпох и культур: Шерлок Холмс и Бертольдт Брехт, Мартовский Заяц и инопланетяне, ученый жучок Дурито из Лакандонской сельвы, боги майя и дети Эриберто, Тоньита и Бето из сапатистского селения Гуадалупе Тепейак, товарищи по оружию и «второе я» субкоманданте... Обилие юмора - как единственный способ противостояния трагической повседневной реальности и постоянная самоирония Маркоса - чтобы, как он сам говорит, «показать, что мы совершенно не герои и не супермены... чтобы не допустить, чтобы сапатисты всерьез восприняли то, что иногда говорят о них другие,.. потому что люди иногда видят в нас модель или нечто героическое, и приходится постоянно напоминать, что мы - самые обычные существа, что оказались на этом нашем месте случайно и что в нас нет ничего особенного». (Интервью Ивону Ле Боту в 1996г.)


Голос и жесты Маркоса ничем не выдают его нынешней военной «профессии». Больше года понадобилось мексиканским спецслужбам для выяснения его «истинной» личности, после чего Маркос был «разоблачен» бывшим мексиканским президентом Седильо по телевидению: Рафаэль Себастьян Гильен Висенте родился в 1957 г. в порту Тампико в очень религиозной семье торговца мебелью; изучал философию и литературу в Национальном Автономном университете Мехико и потом преподавал в другом столичном университете... Были опубликованы фотографии «Маркоса без маски». Мало кто из мексиканцев сомневается в этой версии. Сам же Маркос подшучивает: «Звучит неплохо. Красивый порт. Только вот персонаж для меня выбрали малосимпатичный... и из-за этих фотографий я лишился значительной части женской корреспонденции».

Французский социолог Ивон Ле Бот пишет: «В интервью Маркос отрицает эту информацию; он - не Рафаэль Гильен. Или следует понимать, что это уже не он; Маркос родился из сапатистской мечты и сегодня полностью ей принадлежит... Будучи на сегодня единственным белым или метисом среди командования Сапатистской армии, Маркос вписывается в традицию, начатую еще во времена завоевания Мексики Гонсало Герреро, испанским солдатом, который после кораблекрушения был спасен и принят индейской общиной Юкатана, стал военным вождем сопротивления майя и погиб в бою с конкистадорами. Маркос, тем не менее, никогда не пытался превратиться в индейца. Симпатии и доверие, которым он пользуется в индейских общинах, - это результат и уважительной дистанции, которую он сумел сохранить. Только так он может выполнять свою роль окна, моста между двумя мирами».


Вот уже почти год, как Маркос молчит. В связи с этими ходят различные слухи. Пользуясь случаем, разоблачаю их. Не буду врать о дружеских прогулках с субкоманданте по сельве. Внутриполитическая ситуация сапатистов сегодня настолько критична, что им явно не до бесед с праздными посетителями. Но я был с людьми, которым полностью доверяю, они регулярно видятся с «Супом» (как его обычно называют в общинах) и передают мне и через меня миру, что он жив и здоров.

Чем вызвано его молчание? Очередной, пока неизвестной нам коммуникационной стратегией? Тем, что в сельве Чьяпас течет иное, не совпадающее с нашим, время, и месяцы жизни и смерти проходят быстро и незаметно? А может быть, субкоманданте близок к исполнению своего пожелания о том, что «Маркос должен исчезнуть»; не желая превращаться ни в трагического героя наподобие Че, ни в престарелого каудильо наподобие Фиделя, «Суп» мечтает перестать быть лидером, мечтает, чтобы его армия перестала быть армией, и... чтобы «мир перестал быть миром и превратился во что-то лучшее», как написал он в одном из писем. Кем тогда станет Маркос? Или кто тогда станет Маркосом? Оставим эти вопросы до следующей прогулки в Лакандонскую сельву.


Если вы когда-нибудь попадете в Сан-Кристобаль, читатель, и захотите узнать немного больше, чем может быть предложено в турпакетах, учебниках истории и канонической революционной литературе, попробуйте познакомиться на рыночной площади с каким-нибудь продавцом хаде, священного бирюзового камня майя, терпеливо шлифующим профиль ягуара и еще более терпеливо выискивающим вдвоем с этим ягуаром какого-нибудь зазевавшегося туриста... заплатите ему столько, сколько он скажет, этот чьяпасский ягуар того стоит, а потом пригласите его выпить пива в соседнем ресторане - и вы узнаете, что хозяйку ресторана зовут Челито, что у нее двое самых невыносимых в Мексике детей, но зато самые красивые глаза во всем Сан-Кристобале, а когда вы потеряете счет пустеющим бутылкам, вы обнаружите за своим столом самого лучшего и самого старого чьяпасского поэта Панчо и светловолосого и очень молчаливого журналиста Фредди, бывшего шесть лет военным корреспондентом Би-Би-Си в Центральной Америке. Они будут говорить с вами о Пастернаке и Фриде Кало, а когда Челито принесет вам блюдо, название которого просто невоспроизводимо до окончания первого ящика пива и которое состоит из беспощадной смеси одних видов стручкового перца с другими (а в Мексике их более 200 видов), поэт Панчо расскажет вам никому больше неизвестные истории из последних лет жизни Троцкого и покажет фотографию своей племянницы, готовящей сейчас в Париже выставку, посвященную теме смерти в мексиканской культуре. И, если вы хорошо проведете этот вечер, вполне вероятно, что завтра, за пару часов до рассвета, вас разбудит неизвестный вам друг продавца хаде, Челито, Панчо и Фредди, даст вам несколько минут на сборы и восемь часов будет везти вас в своем старом джипе по только ему известным и от этого еще более прекрасным местам, через эту нетронутую никем и ничем сплошную зеленую массу, именуемую Лакандонской сельвой, пока вы молча не прибудете в столицу сапатизма - затерянную в горах деревушку, состоящую всего из пары десятков домов с точным и безыскусным названием Ла-Реалидад - Реальность. А когда на обратном пути, на выезде из сельвы возле военной заставы, вас остановят солдаты, попросят предъявить документы и спросят, откуда вы возвращаетесь, вы скажете - ваш новый водитель и друг уже заранее предупредил вас - что ездили смотреть попугаев в индейском селении Лас-Гуакамайяс. А чем еще обделенный попугаями европейский турист может интересоваться в Мексике?!

Октябрь 2002 г.
Сан-Кристобаль-де-Лас-Касас - Ла-Реалидад (Чьяпас, Мексика) - Сантьяго (Чили).



Новинки

1. Китай: Север провинции Шаньси
2. Китай: Залив Лаонювань
3. Китай: Горы Луяшань
4. Панама: Панамский by-pass
5. Мексика: Итервью субкоманданте Мойсеса
6. Колумбия: Будет ли мир?
7. Венесуэла: Отзыв на книгу о Чавесе (ЖЗЛ)
8. Россия: Тутаев
9. Россия: Поездка на поезде по маршруту Кобостово — Рыбинск — Ярославль
10. Аргентина: Памятник Данте в Латинской Америке
11. Россия: Ярославль
12. Венесуэла: Каракас, пеший поход на гору Авила
13. Куба: На Кубе не любят мафию
14. Куба: Мария из Гаваны
15. Россия: Ростов Великий
16. Беларусь: О славной династии Румянцевых. Синойкии в Гомеле.
17. Сальвадор: «Мятежный» архиепископ Монсеньор Ромеро
18. Русская тема: Первая биография народного монархиста
19. Россия: Сергиев Посад
20. Венесуэла: «коллективы» от фантазии к реальности
21. Китай: Пекин
22. Китай: Город Ханьдань
23. Китай: Город Лоян
24. Китай: Гора Хуашань
25. Китай: Город Линьфэнь и водопад Хукоу
26. Китай: Горы Мяньшань, провинция Шаньси
27. Китай: Пинъяо, провинция Шаньси
28. Китай: Тайюань, провинция Шаньси
29. Мексика: Субкоманданте Маркос: последние слова
30. Куба: После Монкады
31. Боливия: Праздник черепов
32. Эквадор: К чести Мануэлы Саенс
33. Венесуэла: «Каракасо». — Восстание. — Тюрьма
34. Венесуэла: "Флорентино и Дьявол"
35. Венесуэла: Истины не без сомнений, или «Здравствуй, Чавес!»
36. Сальвадор: Сальвадорская кухня: просто, но со вкусом
37. Боливия: Парк Эдуардо Абароа: земля вулканов и лагун
38. Никарагуа: Операция «Рептилия» (казнь Сомосы)
39. Колумбия: США и Колумбия покрывают зверства и массовые захоронения
40. Боливия: Манифест Острова Солнца
41. Куба: Студенческая революция в Гаване. Страницы истории.
42. Парагвай: Жизнь Дерлиса Вильягры. Страницы истории.
43. Венесуэла: Песни «Alma llanera» и «Venezuela» зазвучат на русском языке
44. Россия: Дальняя дорога ненапрасной жизни
45. Венесуэла: Посвящается Чавесу
46. Венесуэла: Мощным пламенем сияя
47. Россия: Мышкин
48. Россия: Рыбинск
49. Россия: Балтийск
50. Сальвадор: Народный праздник
51. Мексика: «Мы идем в тишине, чтобы нас услышали»
52. Россия: Зеленоградск
53. Венесуэла: Николай Фердинандов в Москве!
54. Венесуэла: Заметки о книге "Уго Чавес"
55. Венесуэла: Встреча с Чавесом, или «Алло, Президент!»
56. Куба: О Международном лагере имени Хулио Антонио Мельи
57. Чили: Цирк в пустыне, или Послесловие к чилийскому чуду
58. Белиз: В стороне от проторённых маршрутов
59. Сальвадор: Святая Неделя в Исалько
60. Мексика: Зеленые вершины штата Чьяпас
61. Венесуэла: "Метрокабле" Каракаса
62. Венесуэла: Нефть Венесуэлы – на службе государству, народу и революции
63. Венесуэла: репортаж с нейтральной полосы
64. Боливия: Боливийские метаморфозы
65. Китай: Привет, Китай!
66. Китай: Чунцин
67. Латинская Америка: Книга о выдающемся разведчике Иосифе Григулевиче


Туризм:


Твоя Тур Тропа
в Латинскую Америку


Адресная книжка:





Развлечения:






Rambler's Top100
TopList
Rambler's Top100